DmC: Devil May Cry | DmC: Дьявол может плакать
Имя: Dante | Данте
Возраст: 20 лет
Раса: нефилим
Деятельность: охотник на демонов, бесцельно прожигающий своё время
Внешность:
Hayden Christensen | Хейден Кристенсен
|
Какие-то вещи были всегда. Всегда были ангелы, всегда были демоны, и всегда была война между ними. Но кроме двух вечно противоборствующих рас существовала третья – нефилимы, гибрид. Эти существа были способны пересекать границы миров, обладали силами ангелов и демонов, но были лишены их недостатков и слабостей. И каждый из них представлял угрозу для высших сил. И было пророчество, что только нефилим способен уничтожить повелителя демонов.
Девять тысяч лет назад во главе всех адских сил встал демон Мундус, бывший никем, но ставший самым сильным, могущественным и жестоким. Эту победу ему принёс брат по крови и по оружию – Спарда, «легендарный темный рыцарь». Под их началом нефилимы оказались полностью истреблены, но пришёл момент, когда верный слуга и соратник стал предателем. Спарда влюбился. Влюбился в ангела Еву. Этот союз был немыслимым и запретным для обеих рас, но возлюбленные были готовы скрываться вечно, дабы сохранить свои чувства. Эта любовь подарила измученному демонами миру две новые жизни. Двух мальчиков, близнецов, нефилимов, Данте и Вергилия.
В течение семи лет семья жила счастливо, но в постоянном волнении и беспокойстве за своё будущее и будущее своих детей, которым было суждено сломать демонические порядки на Земле. Когда Мундус узнал о предательстве Спарды, его гневу и ярости не было предела. Он выследил возлюбленных и убил Еву своими собственными руками, вырвав ей ещё живое сердце. Спарду же ожидала ещё более тяжелая участь, что страшнее самой смерти. Он был обречён на жизнь, наполненную вечными муками, страданиями и болью. Но, прежде чем принять свою судьбу, Спарда успел спрятать сыновей, очистив их память, но при этом вооружить. Мятежник – для Данте, Ямато – для Вергилия. Их ждала жизнь вдали друг от друга без памяти о своём прошлом в жестоком настоящем и с не определённым будущим."Мы с вашим отцом сделали выбор и не жалеем о нём, но мы не дали выбора вам. Простите нас."
Когда те, кому ты должен верить – на самом деле демонское отродье... твои глаза сразу же узнают зло. Я стоял на своём, я мстил, я убивал, не взирая на последствия. Я выбрал свой путь и следовал по нему. А затем, после всего этого гнева, насилия и смерти, мне стоило заглянуть глубже. В глубины своего сердца. Чтобы убедиться в том, что я не сошёл с ума или всё ещё могу называть себя человеком. В глубине души я знал, что не сумасшедший.
Ты ведь простишь мне отсутствие экспрессии и банальность, с которых я, пожалуй, начну? Впрочем, других вариантов на выбор у меня в кармане даже по чистой случайности не найдётся, а вот ты, в отличии от меня, умеешь удивлять. Ворвавшись в мою жизнь, ты перевернул её верх дном. Раньше у меня не было своего места в этом мире. Не было целей, не было адекватных мотиваций борьбы с демонической силой – я не более чем защищался от этих тварей, что с самого детства отравляли мне жизнь. Потеряв родителей в небольшом возрасте, я смирился со своей судьбой беспризорного мальчишки, весело коротая время в детском доме. Без памяти о своём прошлом, без семьи, без друзей.
Но знаешь, словом «весело» я хочу донести тебе о том, что скучать мне там в гордом одиночестве всё равно не приходилось. Всегда находилась пара-тройка адских прихвостней, которым по моей вине никогда уже не получить медаль за свои достижения. Хреново старались. Иначе бы не допустили скорого побега своего личного «мальчика для битья» из своего притона. Прошу заметить, притона – весьма дерьмового. Да-да-да, ты видишь, как я закатываю глаза на твой укоризненный взгляд по поводу культуры своей речи?
Но знаешь ли ты каково это, когда жизнь с каждым поворотом стремится втоптать тебя в грязь; когда судьба преподносит удар за ударом; когда положиться при желании не на кого: крутом только демоны, скалящие зубы и стремящиеся разорвать твою плоть? Когда вокруг тебя кружит такая атмосфера, сложнее терпеть мир с каждой секундой, и это именно он сделал меня таким. Мне не стыдно было существовать так, как это делал я. Мне нравилось каждый раз радоваться прелестям молодёжной жизни и тратить свободное время на регулярные походы в клубы, секс и алкоголь, периодически разминаясь на ставшими для меня тренировочными грушами демонах, которые так и норовили целыми стайками, - трусливые отродья, - затянуть меня в странное место под названием «Лимбо», где я тоже мог спокойной передвигаться на своих двух, но где всё было абсолютно по-другому. Искажено так, что с первого взгляда без ста грамм не разберёшься.
А ты знаешь, что случилось перед тем, как меня привели к тебе? Сквозь сон я слышал музыку запускающихся местных новостей «Раптор Ньюс». Может, ты и достиг в этой жизни большего, чем я, но зато я местная знаменитость. Террорист, о местонахождении которого было велено сообщать незамедлительно. Если ты спросишь, горжусь ли я этим, то услышишь в ответ единогласное всех фибр моей души «да». Объяснение этому ты, как и всегда, сочтёшь за бунтарско-глупое заявление, но не значит ли подобного рода жест со стороны демонов, что меня боятся? Нет, про уважение здесь и речи быть не может, а вот их страх я чувствую за версту - в противном случае, я с радостью повторю представление в Геенне, откуда мне тоже посчастливилось весьма удачно улизнуть, оставив за собой вереницу незапланированных смертей. Да и сколько себя помню, я всегда справлялся один, но если бы в тот день, как раз после очередного посещения ночного клуба в поисках отдыха и развлечений, когда я по собственной неосторожности позволил Наблюдателю обнаружить себя, незнакомая девушка не предупредила бы меня о приближающейся опасности и не помогла бы, то я не исключаю небольшой вероятности своей скорой смерти.
Хотя нет, что это я.
Я бы непременно надрал этому демону-охотнику его зад без чьей-либо помощи. А если бы я заранее знал, чем обернётся эта встреча с Кэт, то и вовсе отправил бы молодого медиума по третьей спасской колбаской волочиться обратно к тебе, но только с маленькой поправочкой - без меня.
Потому что у таких, как я, семьи быть не может, но в противовес моему мнению, лишь благодаря тебе мне удалось вспомнить своё настоящее прошлое. Ты открыл мне глаза на те вещи, о которых я не знал. Ты помог мне разобраться с провалами в памяти и, в конце концов, именно ты оказался мне братом. Знаешь, Вергилий, как только я ступил на порог твоей шараги, во мне не просыпалось большого интереса к твоей персоне. Я был слишком занят, разглядывая детали просторного здания, переполненного техникой, и желая как можно скорее развернуться и уйти. Возможно, поэтому я не сразу понял, что ты фактически - моё зеркальное отражение с одним лишь исключением: я бы даже под дулом пистолета не стал бы носить пепельного цвета волосы.
Моя мама... я едва помнил её. Едва помнил её и не понимал, почему Охотник называл меня сыном Спарды, но ты расставил всё точки над «и», а руины, некогда принадлежавшего нам дома, поведали мне все секреты.
Поздравляю, в тот момент тебе удалось пробудить во мне любопытство – в противном случае, я бы не стал расспрашивать тебя о том, кто стоит за всеми этими бесчеловечными пытками, которым подверглись наши с тобой родители.
Мундус.
Так звали главную шишку, что заправляла всем не только в Аду, но и в городе, где я провёл всю свою сознательную жизнь. Я запомнил это имя.
Слушай, мне кажется, или всё-таки ты лучше меня осведомлён в дальнейшем развитии нашей истории? И знаешь, я старался не подавать виду, но даже от меня не мог ускользнуть тот факт, что ты постоянно пытался объединять нас в одно целое. Теперь «мы» рядом, «мы» нашлись, вместе «мы» - огромная сила. Вместе «мы» сможем все. В то время, как для меня существовал по прежнему только «я». Но, тем не менее, только после встречи с тобой и с Кэт, я нашёл смысл жизни и решил сражаться за свободу вместе с вами, чтобы открыть людям глаза на мир демонов, контролирующих почти все сферы их жизни из Лимбо — эдакой изнанки мира, параллельной реальности, где видеть обе вселенные могут только демоны, ангелы и мы - нефилимы.
Интересно, а ты помнишь, победу над одной из очень привлекательной сукой из «Варилити»? Этот древний и мерзкий суккуб испражнялся веществом, оболванивающим людей и делавшим их наивными рабами. С ней у нас точно бы ничего не вышло. Зато вышел весьма интригующий разговор, который закончился, к слову так, мясорубкой. Собственно, не трудно догадаться, кому именно досталась эта участь, раз я вернулся домой, а глава демонической фракции пришёл в гнев из-за смерти одной из своих шлюх.
Впрочем, эта была моя первая, но далеко не последняя победа в составленном тобою плане.
Мир Боба, демона, сидевшего в своей высокой телебашне и вещавшего с экрана всему городу, тем самым промывая мозги человечества ложью и пропагандой, прекрасно олицетворял то, во что ты в итоге превратил мою жизнь. Сплошной хаос. Но я не хочу поднимать эту тему прямо сейчас, потому что воспоминания о том, как я во второй раз одержал верх над очередной шестёркой короля Ада, выведя из строя городскую сеть наблюдения, вынуждают хвалить самого себя. К тому же, вернулся оттуда я с весьма и весьма приятными новостями, поделиться которыми в силу не самых приятных обстоятельств я сразу не смог. Ваш хвалёный «Орден» быстро рассекретили, что прибавило проблем не только вам, между прочим. Потому что никто другой, кроме меня не двинулся бы к вам на помощь, сломя голову. Буквально сметая на своём пути все преграды.
Но знаешь, что меня в тебе раздражало больше всего, не считая того, что всю грязную работу выполнять приходилось мне? Да-да, ты вновь хочешь вставить свои пять копеек и сообщить мне о том, насколько умственная работа в нашем деле тоже важна, но не забывай: я тот, кто привык работать в одиночку, и зачастую мне приходилось не составлять заранее абсолютно никаких этих чёртовых планов, а мыслить на ходу. Но я быстро привык к твоему распорядку дел и даже смирился с тем, что без твоего ведома не мог сделать лишнего шага вперёд. Но зато я не мог смириться с тем, когда у нас отняли общего друга. Друга, которому я дал обещание спасти жизнь и которого ты, не могу в это поверить, хотел бросить на растерзание волкам ради сохранения жизни мне. В тот момент я готов был сломать тебе не только нос, но и другие части тела, веришь? Думаю, да. Впрочем, я сменил гнев на милость, когда ты, в свою очередь, выслушав недовольные возгласы глашатая в лице меня, согласился сделать так, как хочу я. Обменять жизнь пока ещё не рождённого на свет ребенка повелителя демонов на жизнь Кэт. Единственного человека, которого я воспринимал всерьёз. Ранимая, искренняя, верная, истерзанная жизнью и сильная девушка, Ты недооценивал её и этим самым вызывал у меня сильное негодование на тему нашего с тобой, якобы, превосходства над ней как высших созданий.
Я видел страх в глазах Лилит за её «малыша», и каждый нерв был на пределе, когда я видел, как она и Кэт шли друг другу на встречу. В нас нацелены пушки федералов и в свою очередь мы готовы открыть огонь в ответ. Если бы я знал, что ты сделаешь в тот момент, пустил бы пулю тебе в голову не задумываясь. На твоё счастье, та, ради кого мы вообще затевали эту игру, осталась жива. Иначе бы я ни за что не простил тебе такой ошибки. Ты избавил мир от будущего наследника Ада... неужели в тебе нет и капли сострадания? Ты хочешь сказать, что руководствовался здравым смыслом, но мне плевать. Да и это уже неважно, потому что нам все же удалось выманить из своего логова главную занозу мира людей и закрыть врата Ада. Ослабив врага, я нанес сокрушающий удар, и он был повергнут. Его гнев оказался его же слабостью. Мир избавился от зла, и это не могло меня оставить равнодушными, однако ты умудрился чертовски профессионально испортить мне минуту славы.
Ты не ошибся в нас. Я уже готов был признать, что это «мы» смогли, «мы» добились той цели, к которой шли долгие годы. Но ты ошибся в себе, ты ошибся в своём выборе, впервые не спросив моего мнения, а просто поставив перед фактом. Теперь «мы» будем править, – сказал ты и сломал то, чего так сильно добивался, и я почувствовал себя обманутым. А ведь я успел привыкнуть к тебе, брат.
|
Тебе что-то не нравится? Мат на мате, походка «в развалочку», дерзкий, хамоватый и наглый нрав... Но я не буду меняться ради тебя. Ты столько пытался меня найти, и тебе придется смириться с моим бунтарским характером. Я не признаю рамок и в кармане у меня проблемы не только с демонами, но и с правительством. Которое, впрочем, тоже подчиняется Мундусу, но это ты и без меня прекрасно осознаешь. Отсутствие воспитания и тепла закалило меня, я не нуждаюсь в людях. Более того, я не воспринимаю их всерьез. Скорее, как данное. Все считают меня террористом, но нужен ли я миру другим? Ответ очевиден – нет. Я не нужен буду миру другим даже показав свои хорошие качества. Но я настолько сильно привык, что никто не видит во мне «человека».... Живя в трейлере, где-то на окраине города, и будучи зажатым между двумя мирами, я начал чувствовать себя тем, кем и являлся на самом деле - изгоем, которому никогда не завести семьи. Да я и не рвался, честно признаться. Вот ты бы смог представить меня отцом? Это даже звучит смешно, не говоря уже о практическом применении этого странного слова в мой адрес. Я слишком вульгарен, я слишком сильно люблю чёрный юмор и я слишком сильно устал подчиняться людям. Это главные причины, почему я пошел против системы. С другой стороны, я никогда слепо и не следовал ей.
Ты думаешь, что мои забытые детские травмы никак не могли повлиять на формирование моей личности? Я бы сказал, что ты ошибся, но ты не глуп и хорошо понимаешь, что мои детские травмы поспособствовали отсутствию не то что семьи, а хоть какой-то привязанности. Мне страшно. Семья – слишком большая обуза. Возможно, поэтому я долго притирался к тебе. А потом ты снова взял и всё испортил. История, что произошла с нами в детстве, повторилось, и мы оба потеряли то, чего достигли вдвоём. Вдвоём, но благодаря мне. И я понял одну вещь: такие, как я, всегда будут коротать жизнь в гордом одиночестве. Я позволил тебе находиться рядом со мной, я попытался принять тебя... Это ли не доказательство того, что за всеми моими недостатками скрывается доброе сердце? Что я тоже нуждаюсь в ком-то, чтобы окончательно не сойти с ума? Возможно, по этой причине я вёл разгульный образ жизни... Но вот загвоздка – меня ведь это вроде как вполне устраивало. Соответственно, я исключу этот вариант из списка следствий и причин.
Но все это неважно. Важно то, что я спокойно могу расхреначить всё не понравившееся мне, устроить дебош вселенского масштаба. И все ради чего? Ради удовольствия. Мне это нравится. И плевать, что мои способы не нравятся тебе.
Я никогда не спрошу у тебя ни разрешения, ни совета. Максимум – я выслушаю тебя, но все равно сделаю по-своему, и ты ничего не сможешь с этим сделать. Впрочем, никому другому я тем более не позволю управлять собой, направлять или доминировать надо мной. Дорога таким – разве что свободное падение вниз с самой высокой точки Эвереста. Я резок даже с девушками, и поначалу Кэт – не была исключением. Но знаешь, что? Даже при всей своей тяжёлой жизни я не превратился в чудовище. У меня ни разу не возникло желания править этим миром. Свобода. Для каждого она своя, и ты выбрал свой путь, с которым я оказался не согласен. Я не предатель. Просто ко мне нужен другой подход. Ты думал, что хорошо знаешь меня, но в этот раз ты сам совершил ошибку, создавая иллюзию того, что мне нужно то же самое; что мне нужна власть. Но это не так. Прости меня, брат.
|
О моих способностях наслышан каждый демон в этом чёртовом городе. Использовать свои силы на полную катушку, разнося всё на своём пути – это то, чем я живу, Верг, и мне плевать, что ты думаешь по этому поводу. Мятежник отца стал для меня оружием на все случаи жизни, благо Лимбо позволяет. Медленный и тяжелый удар Арбитра способен уничтожить любую преграду на своём пути, разрушить любой щит в руке демона, в то время как Осирис матери изрешетит противника, заставляя медленно истекать кровью. И в такой момент даже демоны воют от боли.
Выступать в роли главного умника – это твоя прерогатива, брат, мне же остаётся следовать принципу "сила есть, ума не надо". Я могу не понимать многих вещей, не разбираюсь в этих твоих хакерских штучках, да блять, я даже гуглом пользоваться не умею, но я могу быстро принимать решение, когда все планы летят псу под хвост. Глупец, мастер импровизации – можешь называть это любым понравившимся эпитетом, зато ты не можешь отрицать того, что я меткий стрелок. Всегда хотел узнать, по каким причинам ты не любишь использовать огнестрел, ведь так приятно, когда пули шатгана разрывают демоническую плоть на мелкие кусочки. Хотя чего только стоят одни мои Эбони и Айвори – изначально мои самые верные друзья. Кстати, так и не понял, на кой чёрт ты всучил мне электрошокер, который по сути своей ничего из себя не представляет. Бесполезная хуйня. Моя способность планировать над пропастью, рассекая воздух, куда нужнее. Ха, и пускай ты своим Доппельгангером крайне неприятно меня удивил, становясь фактически неуязвимым к моим атакам, то я с помощью своего Адского курка, при нахождении в котором используется моя демоническая сила, могу останавливать время и мало-мальски поддерживать физическое здоровье. А отражать атаки у меня получается не хуже тебя. Я-то могу устроить тебе матч-реванш, но... неужели ты хочешь, чтобы я нагнул тебя второй раз, брат?
О ВАС
СВЯЗЬ:
|
|
Другие средства связи:
...
ПРОБНЫЙ ПОСТ:
Корабль.
Каких-то пару часов назад у него всё ещё был корабль.
У него был отличный, дееспособный, да и вообще - просто прекрасный корабль. Потому плыть на какой-то жалкой "шлюпке", которую и кораблём назвать - будет слишком большой лестью и огромным преувеличением, было не самым греющим душу удовольствием. К слову, управлять этой посудиной, некогда бывшей большим и, не стыдно признаться, великим фрегатом, Эдварду тоже пришлось одному, потому что Вэйн не особо утруждал себя этим занятием, предпочитая помощи без умолку толкать всякого рода нотации, которые блондину, честно сказать, трудящемуся в поте лица, в одно ухо влетали в другое вылетали, однако кое-что уловить ему всё-таки удавалось. И это "кое-что" не вызывало на его лице счастливой улыбки и точно не сулило по прибытию на сушу ничего хорошего. Впрочем, как и захваченному Рэкхэмом "Рейнджеру", которому Кенуэй сейчас сочувствовал чуть больше, чем их с Чарльзом положением.
Знаете, наверное, худшей участи кораблю и придумать было нельзя. Уж лучше бы тот сейчас в щепки разносился об острые скалы, в скором времени становясь кормом для акул – и плевать, что акулы не едят затонувшие пиратские судна. Уж лучше бы тот тонул с заслуженным капитаном на борту после очередного сражения и на морском дне покрывался илом. Если так подумать, то любая беда была бы лучше Джека, оказавшемуся, ни дать-ни взять, той ещё крысой.
На какое-то время пират даже не смог подавить неожиданно проснувшейся совести и готов был признать себя источником всех несчастий Чарльза, в коих белобрысая макушка нещадно обвинялась. Благо, корить себя он даже в этом случае ни за какие коврижки не станет, ровным счётом, как и на коленях просить у него прощения, поэтому выразительно и с чувством огрызнувшись на выданную лекцию, но уже без участия той самой совести пропущенную мимо себя, Кенуэй закатил глаза, - замолкни хотя бы на пять минут, Вэйн. От твоих лекций корабль не приплывет к тебе на алых парусах и Рэкхем вряд ли отдаст тебе его по доброте душевной. Займись чем-нибудь более продуктивным. Например, успокойся и по возможности дай довести это корыто к суше в полной тишине.
Но несмотря на это, Эдвард мысленно порадовался тому, что всё же перед ними земля. Хоть какое-то разнообразие, хоть какая-то возможность еды и нормального отдыха, а главное возможность побыть одному и сосредоточиться на том, как отсюда можно спастись. И в то же время, он голову даёт на отсечение, что с их "везением", помноженным на десять, на острове окажутся явно не редкие артефакты или спрятанная от греха подальше подводная лодка "Наутилус". В лучшем случае, крокодилы или ядовитые пресмыкающиеся.
Удрученного взгляда и меланхолии на чужом лице блондин не заметил. Если быть точнее, сделал вид, что ему вовсе побоку недовольство пострадавшего капитана, выводя на главную повестку дня другие насущные проблемы, нежданно-негаданно которые решили навестить уже не малоизвестных в Карибском море двух капитанов.
Тяжело вздохнув, пират прыгнул в воду вслед за другом - в самом деле, нельзя оставлять его одного. Единственное, что немного добавляло сомнений, - побыть со своим друже или нет, - перспектива выслушать очередной постулат о том, что он, Эдвард Кенуэй, заслуживает смерти, а ведь не так давно его засыпали комплиментами о том, какой он молодец и прекрасный деятель. С другой стороны, так позорно потерять своё звание капитана вполне оправдывало подобные выпады. Главное, чтобы они на этом закончилсь.
- Мы обязательно вернем тебе корабль.
Кенуэй вылез из воды на раскаленный солнцем песок изрядно измотанным и ничком свалился прямо на него, не имея никаких сил доползти даже до ближайшего тенька. Этот самый песок, могу поклясться, был сейчас мужчине удобнее самой мягкой кровати и лебединого пуха. Рукой нащупав высохший череп, одиноко торчащий из земли, блондин поднял его над собой, отмечая про себя, что задерживаться на этом богом забытом месте продолжительное время не стоит. Гонимый мечтами поживиться от поисков обсерватории, Эдвард не отличался здравомыслием, но сейчас, когда в него даром не попала пустая бутылка, бессовестно кинутая в него Чарльзом, но на его счастье приземлившаяся где-то совсем недалеко от макушки, блондин смекнул, что сейчас об этом загадочном месте лучше всего было промолчать, как и о том, что их обоих вполне может ожидать на этом острове.
- И бога ради, дружище, прекращай вести себя, словно деваха в критические дни.
Отредактировано Dante (2014-10-05 21:54:13)



skype: ...
ICQ: ...