Увы, как бы мне не хотелось этого признавать, но даже здесь, за прочными стенами из холодного бетона и решетками, что закрывают окна, так как это все-таки тюрьма, а не дом отдыха, - пускай и после того как весь мир, откровенно говоря, рухнул ко всем чертям, с этим можно даже поспорить - да за высоким забором с колючей проволокой, - который, кстати говоря, надо будет еще и укрепить, потому как ходячих становится все больше и забор, как оказалось, не в состоянии справиться с этим упорно напирающим на него стадом, - мы все еще не можем почувствовать себя в полной безопасности. Может кто-то и верит в то, что здесь нам ничего не угрожает и что сейчас о лучшем месте и мечтать нельзя - и, отчасти, это действительно так - но я то знаю, что ничто не вечно и всегда есть какие-то проблемы, всегда есть конфликты внутри группы и не только, которые нам приходится устранять, а в том числе есть и проблемы, - будь то еда, вода, или же еще что-нибудь - которые приходится решать сразу же по мере их поступления, потому что ждать чуда и чего-то, что поможет тебе - бессмысленно. Жизнь изменилась и теперь нужно поступать иначе, нужно быть осторожным, а также помнить о том, что все теперь зависит только лишь от нас самих и мы не можем закрывать на это глаза, пускай и очень этого хочется. Но помимо всего этого еще и всегда есть что-то, что заставит тебя усомниться в себе, в своих действиях, в словах, в людях и в том всеобщем спокойствии, что нужно всем нам. А впрочем, положительные моменты тоже есть и хорошо уже и то, что теперь можно спокойно лечь и уснуть, позволяя себе отдых, который когда-то был лишь роскошью, потому как приходилось постоянно помнить о том, что любой прожитый день, любой час и минута могут стать для тебя последними. Ведь когда ты перебираешься с место на место и когда ночуешь под открытым небом, то что-то внутри тебя всегда находится настороже, и буквально заставляет тебя жить в вечном напряжении от которого болят мышцы и которое ты не можешь просто так и до банального сбросить. Почему? Да потому что, в моем случае, такие понятие как "ответственность" и "долг" мешают тебе это сделать. Так что, да, проблемы были, есть и будут всегда.

И если уж говорить о проблемах как таковых, то на данный момент есть одна - болезнь. В тюрьму попал какой-то сильный вирус, - разновидность гриппа, как сказал Хершель, - что способен довести человека до того, что тот в итоге захлебнется собственной кровью, если все пустить на самотек. А так как в закрытом пространстве болезни всегда распространяются быстрее, то эта лихорадка, что уже успела унести жизни нескольких человек, дала нам серьезный повод для беспокойства. Слава богу, что хоть паники нет и люди все еще стараются держать себя в руках, да искренне верят в то, что мы им поможем. Что же делать с вирусом? Если честно и без всяких, то я не имею ни малейшего представления, и только лишь одно и было понятно сразу же - держать больных рядом с остальными нельзя, а не то мы можем вообще всех потерять. И именно поэтому нам пришлось отвести первый блок тюрьмы, что был достаточно чистым для этого, под карантин, да понадеяться на то, что все вместе мы сможем найти решение этой проблемы до того, как станет уже слишком поздно, а убийства станут единственно возможным решением проблемы, как это уже случилось с Карен и Дэвидом, когда кто-то, решив, что таким образом он сможет остановить распространение заразы, вывел их из камер и сжег - и вот нам и еще одна проблема с которой, увы, сейчас совершенно нет времени разбираться. Нет, пока у нас все еще есть шанс, мы не можем просто так сдаться. Ведь из раза в раз мы попадали в переделки посерьезнее этой и когда нам казалось, что выхода нет, а сил уже не осталось и вот уже сейчас все и закончится, абсолютно каждый из нас находил именно тот самый выход из ситуации, что спасал всех нас. А это ведь просто болезнь и её можно лечить. О да, лечить то можно, но вот только помимо того, что в четвертом блоке у нас закончилась еда, - ну с этим мы сможем справиться если правильно разделим остальные продукты - у нас, ко всему прочему, еще и совершенно нет нужных нам лекарств...

Я не могу смотреть на то, как мучается Карл - я ведь пытался отправить его в карантин, чтобы с ним ничего не случилось, говорил ему о том, что лучше сейчас не подходить друг к другу и он старался выполнять все условия, а он все равно... - и мысли о том, что эта болезнь, причины распространения которой нам до сих пор так и неизвестны, - возможно, что эта зараза появилась из-за свиней - может забрать у меня сына, так и норовят забраться в голову, чтобы лишить меня всякой надежды на то, что то будущее, где все мы сможем хотя бы спокойно жить - о большем ведь никто из нас уже и не просит - и в которое мы так отчаянно верим, - ради Джудит, с которой, слава богу, все в порядке, нельзя в него не верить - когда-нибудь наступит. Да, я всегда стараюсь быть сильным, всегда помню о том, что все эти люди рассчитывают на меня, хотя я уже и говорил о том, что отныне я не буду принимать никаких решений - не хочу быть кем-то вроде губернатора, да и, признаться честно, я очень устал от всего этого лидерства и всей той ответственности, что была на моих плечах довольно долгое время - и все вопросы выносятся на совет, но, в данный момент, я не знаю каким именно образом мне, в первую очередь, справиться с самим собой, а уже потом только с болезнью, что сейчас гуляет по тюрьме и из-за которой нам пришлось многих изолировать друг от друга, чтобы пускай и таким образом, но прекратить распространение инфекции. Но если же вернуться к Карлу, то... Я не готов потерять сына. Никогда не буду к этому готов - да и как вообще можно быть готовым к этому?! - и сейчас, все мои эмоции, что как и всегда написаны на моем лице, сродни тем, когда Карла подстрелили в лесу недалеко от фермы и я не знал выживет ли он. Те дни, когда я день и ночь дежурил у кровати сына, когда готов был и сам умереть только лишь ради того, чтобы мой мальчик остался жив, еще не скоро забудутся и сотрутся из моей памяти, и я не хочу повторения всего этого. Я уже потерял Лори, чья смерть, в свое время, здорово меня подкосила - о своих галлюцинациях, что были связаны с моей женой я даже и вспоминать не хочу, потому как все это все еще слишком тяжело для меня - и теперь Карл и Джудит это все, что у меня осталось. Они моя семья, моя дочь и сын. Я должен заботиться о них, должен защищать их и делать все возможное, чтобы облегчить им жизнь. И если с ними что-то случится, то я никогда себе этого не прощу.

- Я не могу сидеть здесь и смотреть на то, как он мучается! Нам нужны эти лекарства.

Запустив руки в уже и без этого взъерошенные волосы, отхожу в дальний конец помещения и судорожно выдыхаю, тем самым демонстрируя всем, - а именно Хершелю, что сейчас готовился окончательно уйти к больным и собирал себе небольшую сумку того, что ему может пригодится, потому как он нужен им сейчас как никто другой и Дэрилу, что только что вернулся с группой из очередной вылазки и сейчас сидел на лестнице, что вела на второй уровень, где находились жилые камеры - свою слабость и вместе с тем тот отвратительный страх, что предательски сжимает сердце всякий раз, стоит мне лишь подумать о сыне. Признаюсь вам честно, но я уже на пределе и я этого не скрываю. Еще немного и нервы окончательно сдадут. Карл... Почему это произошло именно с ним, почему заболел именно он? Почему? А впрочем, к чему все эти вопросы? Ответов ведь все равно не последует. Да и ведь заболел не только Карл. После Саши слегли еще пять человек, а в том числе и та девочка, чей отец умер накануне. Это ужасно. Эта болезнь и без этого забрала у нас несколько жизней, а также заставила кого-то убить Карен и Девида. Что еще нас ждет, а? Скольких еще мы можем потерять? Ну вот, опять сплошные вопросы на которые ни у кого из нас нет ответов.

Но знаете, я не собираюсь сидеть тут и ждать чего-то. Хватит. Всем этим ожиданием я никому помочь не смогу и если нам нужны эти лекарства, и если без них нам не обойтись - а это действительно так, - то я сам поеду за ними. Остальные смогут присмотреть за тюрьмой и не допустят тут произвола, который, ну мало ли, может случиться - человека ведь убившего Карен все еще не нашли. Мне же всего лишь нужен список всех возможных лекарств, что могут помочь нам справиться с этой болезнью и я сам привезу все это своему сыну, а также всем остальным больным. Никто не умрет больше. И мой сын тем более.

- Я сам поеду за ними и отговаривать меня бесполезно. Остальные же пускай остаются здесь и присмотрят за всеми.

Отредактировано Marked (2014-04-06 18:41:42)

У каждого из нас есть что-то, что он должен защищать, - и это могут быть самые разнообразные вещи, а в том числе и моральные ценности - о ком должен заботиться и о чем всегда, и только что не двадцать четыре часа в сутки помнить. Нет, серьезно, это есть абсолютно у каждого человека и я же, в свою очередь, не исключение. У меня есть сын, который пускай и пытается всем доказать, что он уже большой и может сам за себя постоять - а ведь и правда может, - тем не менее все еще остается подростком, которого нужно учить, которого нужно направлять при определенных моментах и за которым нужно присматривать, потому что ты знаешь, что он, несмотря на всю его уверенность в обратном, все еще не готов к самостоятельной жизни в таких условиях; у меня есть дочь, что родилась здесь, в этом мире, вопреки всему и я просто обязан дать ей шанс на относительно нормальную жизнь, которую она заслуживает; у меня есть друзья - теперь я и правда могу их так называть, хотя и,  по больше части, я все-таки считаю их семьей - которые в свое время доверили мне не только свои жизни, да и только что не Судьбу и я не могу их подвести. Может быть кто-то и скажет, что у каждого человека есть право на ошибку, потому как всем нам свойственно ошибаться, но я не хочу давать себе таких послаблений. Почему? Да потому что любая и даже самая, на первый взгляд, незначительная ошибка может стоить не только одному человеку, но и всей группе жизни. Я и без этого уже успел совершить достаточно ошибок, чтобы помнить о том, что у каждого из нас есть на них право. В общем у каждого из нас тут забот хватает. Но если же вернуться к тому, что я собирался отправиться на поиски медикаментов для Карла и остальных, то, скорее всего, пойду я не один. Да и на что я рассчитывал? Одного бы меня никто и никуда бы не отпустил, потому как выезжать куда-то в одиночку опасно и лучше всего выходить за периметр если не группами, то хотя бы парами.

Позволив остановить себя, - и как еще рефлекс на отдергивание руки не выработался после всего, что уже успело со всеми нами произойти? - смотрю в лицо рядом стоящему. Дэрил. И почему, собственно говоря, я этому не удивлен? Впрочем, если говорить о Дэриле, то он всегда старается помочь, пускай и всячески отрицает это, так и оставляя за собой статус одиночки, да этакого нелюдимого парня. Но только вот в отличие от своего брата, смерть которого, как мне кажется, не прошла мимо младшего Диксона, - он ведь даже ничего не сказал когда вернулся, и меня это даже беспокоило в свое время, потому как он был нам нужен и если бы он окончательно закрылся в себе после произошедшего, так как Мерл, не смотря ни на что был ему дорог, все бы это ничем хорошим не закончилось - ему свойственна человечность и он готов на что-то ради других, как и прекрасно осознает факт того, что в одиночку уже не выжить. Может быть, когда-то все это и работало, но теперь уже нет. И он это понимает. Понимает, потому что сейчас, когда все пошло под откос, гордость и самоуверенность могут убить. Вообще, что касается Дэрила и всего этого зомби-апокалипсиса, то у меня порою складывается впечатление, что все произошедшее, наоборот, словно бы дало ему какой-то второй шанс на жизнь и если другие этого и не заслужили, то для него то как раз все так, как и должно было бы быть. Все так, как он к тому и привык, и вся эта канитель ничуть его не пугает. Он ко всему относиться как к само собой разумеющемуся и он, в чем я уверен, в случае чего не пропадает. Странные мысли, знаю... Но если же все-таки вернуться к теме того, что охотник готов пойти на что-то ради других только лишь потому, что он считает это правильным, то тут можно вспомнить туже самую Софию, которую Диксон искал до последнего. Он ведь в процессе поисков чуть сам не погиб и нам еще повезло, что он вообще живым вернулся, а Андрэа промахнулась и не застрелила его. Сам-то тоже хорош, устроил представление с подражанием ходячим. Да и вообще, если честно, он был единственным, кто верил в девочку и в то, что она все еще жива. А ведь даже я начал со временем сомневаться во всем и лишь специально тянул время пока мы занимались поисками, потому как нам некуда было уходить и нам нужна была эта ферма, что стала нам своеобразным домом, который, увы, мы в итоге все-таки потеряли.

- Ладно. - Киваю Дэрилу в ответ, тем самым разрешая ему поехать со мной и одновременно с этим отмечая про себя, что он выглядит еще более уставшим чем обычно. А не остаться ли ему в тюрьме? Он вообще спал? Впрочем, если уж говорить о том, что выглядит Диксон сейчас не очень, то, признаться честно, он всегда так выглядит. Уставший. Потрепанный. И всегда готовый абсолютно ко всему. Этакий бездомный пес, что постоянно держится на ногах и заставляет себя идти дальше, даже если он уже и физически на это не способен. Но если он уверен в том, что может идти и хочет этого, то я не буду препятствовать, тем более, что я уже согласился на его компанию.

Сборы не заняли у меня много времени, ведь всего-то и нужно было, что взять пистолет, два ножа, на случай, если один из них потеряется, или же еще что-нибудь случится и рюкзак, в который, собственно говоря, мы и будем складывать все необходимое, что сможем найти во время нашей вылазки. Что же до Дэрила, то его арбалет всегда при нем. В общем, на все и про все у нас ушло от силы лишь несколько минут и напоследок попросив Хершеля присмотреть за сыном, да напомнив ему о том, чтобы он был осторожен и если надо будет попросил помощи у кого-нибудь еще, я и Дэрил двинулись к одной из машин, что сейчас стояла возле ворот. Как и всегда, стоит лишь выйти за пределы тюрьмы и до твоих ушей доносится этот, уже ставший для тебя привычным, хриплый и только что не задыхающийся вой - если можно вообще таковым назвать - ходячих. Сегодня их стало еще больше и они так и продолжают напирать на сетку, чья целостность изо дня в день ставится под сомнение. Беспокоит ли меня это? Немного. Как я и говорил, я никогда не смогу быть полностью уверен в нашей безопасности и доля сомнения, а также, отчасти, еще и страха, который уже тоже стал чем-то нормальным и привычным, всегда будет присутствовать. Но сейчас не об этом... Отведя взгляд от забора, иду вслед за Диксоном к машине, чтобы сесть за руль. Почему именно эта? В ней все еще было достаточно бензина, так что не придется переживать на тот счет, что топливо может внезапно закончиться.

Сев за руль, да убедившись в том, что Дэрил тоже готов и ничего не забыл, завожу машину и дождавшись пока Мишон откроет нам ворота, выезжаю на дорогу вслушиваясь в звук от соприкосновения колес автомобиля с дорожным покрытием. Если честно, но этот звук успокаивает и я не знаю почему. Сколько нам ехать? Не знаю. Ближайшая больница в нескольких километрах и до неё и без этого долго добираться, а если же нам еще и на дороге что-то встретиться, - всякое ведь бывает - то это займет еще больше времени. Время... Не факт, что оно у нас вообще есть. Болезнь может прогрессировать, а симптомы у зараженных усиливаться. Нам нельзя задерживаться. Впрочем, я уже и сейчас могу заверить вас в том, что по дороге нам никто и ничто не встретилось и спустя несколько часов в поле зрения нам все-таки попалось не особо большое здание, ради которого мы, собственно говоря, и выехали за пределы тюрьмы.

- Давай проверим эту больницу. Если ничего не найдем, то можно будет доехать до города и найти аптеку, если её еще не обчистил кто-нибудь другой.

Проследив за взглядом Дэрила, что сейчас внимательно осматривал местность, - слишком уж тут тихо, кстати говоря -разворачиваю машину в сторону, как я надеюсь, заброшенного и пустого здания, что сейчас выглядит пускай и не очень приветливо, - разбитые стекла, пустота и прочее - но, тем не менее, обнадеживающе и по крайней мере я не заметил ни одного ходячего, что по дороге, что сейчас рядом с больницей. Правда никто не отменял того факта, что они могут быть внутри. Пациенты. Персонал. А также просто случайно дошедшие до сюда. Кстати, здесь мы сможем достать для наших врачей и инструменты, и ингаляторы, и прочие вещи, что со временем могут нам пригодиться. Никогда ведь не знаешь, что именно тебе может понадобиться в следующий момент и самым верным решением будет позаботиться об этом заранее. То каких-то вещей не хватает, то еще чего-нибудь, а если уж говорить о лекарствах, то лучше всего будет иметь их про запас нежели каждый раз идти на поиски. Кстати, я рад тому, что Диксон со мной. Если бы у меня была возможность выбирать из тех, кого взять с собой, то я бы все равно выбрал Дэрила. Почему? Ему я доверяю как никому другому, а также он прекрасный охотник и он не раз мне помогал, а в том числе и жизнь спасал, пускай даже если и сказав ему об этом, он просто бросит тебе безэмоциональное "делаю, что могу". Так что если бы я кого и взял с собой, так это именно его.

Подъехав ко входу в здание, что давало мне надежду на скорое выздоровление сына, торможу и глушу мотор. По прежнему тихо и мне это не нравится. Почему? Уж лучше бы мы уже успели убить одного из ходячих, нежели бы переживали по поводу того, что их могли убить и до нас, что значит, что здесь либо есть кто-то еще, либо это место уже успели полностью разграбить. Ну так что там? Никого так и нет, да? Что ж, ладно. Пора идти внутрь.